Я знаю слишком много слов, чтобы говорить.
Когда я смотрю на закатное небо,
Я предпочитаю молчать –
Всё равно об этом не расскажешь.
Да и нужно ли?
Когда лежу в поле, где-то в июле,
И щурюсь на солнце –
Любые слова кажутся глупыми и бесполезными,
В них нет и малой доли того,
Что я понимаю, того, что я чувствую в этот момент.
Когда я разглядываю узоры,
Оставленные морозом на стекле –
Слова теряют всякий смысл,
Становятся ненужным набором букв,
За которыми – только пустота.
Когда я теряюсь, растворяюсь в глазах другого человека,
Слова становятся совсем лишними,
Они способны только разрушить
Магию понимания.
Когда я люблю –
Я гоню слова прочь,
Они слишком неуклюжи
И слишком пафосны,
Ими так легко спугнуть
То, что поселилось в груди.

Слова же толпятся,
Расталкивая друг друга локтями,
Кричат наперебой,
Стараются быть важными,
Значимыми, точными,
Изящными, правдивыми.
Но в этой сутолоке
Всё становится неважным,
Бессмысленным, лишним.
Я знаю слишком много слов, чтобы говорить.

Ты понимаешь, всё это глупость. Иногда смешная, иногда печальная, иногда интересная, иногда скучная, но всегда – глупость. И смысла здесь нет никакого. То есть, конечно, можно придумать себе смысл – семья, работа, самореализация, слава, деньги – всё, что угодно. Можно и, наверное, нужно, иначе слишком тяжело, слишком легко сойти с ума, потерять себя. Но никакого изначального смысла нет, не бывает его, понимаешь? И, одновременно, в этой почти непереносимой бессмысленности и своя красота, и свой смысл. Если бы кто-то научился жить в этом хаосе, где нет никаких ориентиров, никаких целей – он стал бы всемогущим. Жаль, что это слишком сложно и действительно суметь существовать в таком мире очень мало кому удаётся. Поэтому мы и создаём призраков, поэтому и верим в миражи, порождённые нами самими. Часто жизнь готовы положить во имя идеи, которая никогда ничем, кроме идеи стать не может. Даже если нам кажется, что мы «реализуем» идеи, то есть превращаем их в «реальность» - эта самая «реальность» существует только до тех пор, пока живы идеи. Эта такая игра, в которую мы играем с миром – и игроки здесь равноправны – мир выдумывает тебя, выдумывает твою жизнь, подбрасывает тебе всякие задачки (квесты, да?). А ты, в свою очередь, выдумываешь мир – создаёшь его по собственному усмотрению. Эта игра то кажется очень увлекательной, то не вызывает ничего, кроме зевоты, но больше у нас ничего и нет. И, собственно, не стоит переживать из-за того, что ты чего-то «не достиг» - это всё равно не более, чем очередной тур игры, у которой нет никакой конечной цели. Это не та игра, в которой есть выигравший и проигравший, это та игра, в которую играют маленькие дети или, например, неразумные щенки – здесь прикол не в результате, а в процессе. И всё, что у тебя действительно есть – это не результат, а полученный опыт. Ты живёшь. Ты дышишь. Ты двигаешься. Это и есть жизнь, а не то, чего ты «достиг» или чего «получил». Ты не получил и не достиг ничего, кроме себя, такого, какой ты есть сейчас.

С меня взятки гладки,
Я тут не при чём.
Это не я
Убивал и стрелял,
Это не я
Поджигал и громил.
Не крушил, не ломал,
Не произносил пламенных речей,
Не обличал,
Не проповедовал,
Не призывал
И не рвался вперёд.

Я всё проспал,
Не успел поучаствовать
В общем веселье.
И - не при чём.
Даже обидно.
Этот мир
Закончился
                без
                    меня.

Жить смешно.
Тут и думать нечего.
Жить смешно.
Уж так суждено.
Жить смешно
И утром, и вечером.
Жить смешно –
Посмотри за окно.

Многие мои знакомые-более-менее-ровесники существуют, кажется, преимущественно в двух режимах/состояниях сознания.
Первый, более распространённый – это аптично-созерцательное существование. «Пусть течёт как течёт», «всё ни к чему», «лучшее, что можно делать – ничего не делать», «как же всё ужасно лень». При этом, речь, в общем-то, не идёт о дискомфорте. Это просто способ, стиль существования. Иногда, правда, это переходит в некое более явное недовольство: «ох, как скучно», «как же это всё задолбало», «когда же я, наконец, начну хоть что-либо делать». Как раз это, кризисное, в общем, состояние (которое может длиться довольно долго, надо заметить) время от времени подводит некоторых ко второму основному режиму.
Это режим, я бы сказал, яростной целеустремлённости куда-то или в никуда (что в данном случае одно и то же). Начинает развиваться бурная активность. Иногда кажется, что она направлена на какой-то объект-цель. Но всё равно остаётся впечатление, что всё это – «в никуда». Энергичность человека, находящегося в этой фазе иногда даже пугает.

Надо заметить, что мне лично эти состояния тоже очень знакомы. Причём, последнее время переключения из одного в другое у меня может приключиться по паре раз на дню. Правда, бывает, что несколько дней подряд я живу как-то совсем по-другому, намного более продуктивно.

Я, конечно, слегка утрирую. Но именно – слегка.

Жизнь ведёт меня странными тропками.

То в таку чащу заведёт, где и солнца не видать, и кикиморы болотные за каждой кочкой притаилися, и стороны света все перепутаны так, что никакие приметы-ориентиры типа мха на деревьях не помогут, и из грибов - токмо бледныя поганки.

То на обрыв какой приведёт, внизу - речка стрёмная, с порогами да камнями, вода ледяная, и не спрыгнешь туда - мелко, разобьёшси. Над головой птица хищная, под ногами - камешки мелки осыпаются. И ветер пронзительный в ушах свистит.

То в такой тьмутаракани окажешься, где людей много, да все непонятные, не по-нашему одеты, говорят слова неясные, ведут себя как дикари какие али наоборот, чрезчур правильно да жеманно. И, вроде, ты им и нравишься, и принимают тебя хорошо, а всё равно - и ты им чужой и они тебе чужаки.

То, вдруг, выведет в чисто поле, да в погожий день - простор, солнце, тишина, только трава чуть слышно шелестит, да шмели летают. Лечь и лежать, на проплывающие облака смотреть да травинку жевать.

Растерянно.
Забавно и неуклюже.
С неопределённой полуулыбкой.
С берестяным лукошком.
Без всякой причины.
С короткими гудками в телефонной трубке.
С мерным и глубоким выдохом.
С неразвитым чувством юмора.
С лёгкой головной болью.
С лёгким же сердцем.
С пахучей веточкой можжевельника.
С неясной картиной мира.
С радостью.
С любовью к людям.

…всё это я…

Часть первая.
Порой я читаю текст (книгу, журнальную статью, высокохудожественный пост в ЖЖ – всё, что угодно) и начинаю завидовать автору. В том смысле, что как хорошо он написал, а, вот, не я, к примеру. Глупость, конечно. Хорошо, что это бывает не слишком часто. Воще, мне кажется, что неразумно это смешивать - я – это я, другой – это другой. У каждого свой мир и свои тексты. Сравнивать по-просту не имеет смысла. Редкие случаи очень хороших (на мой вкус) текстов, которые не вводят меня в ступор, а скорее наоборот, провоцируют (то, что помню):
Бродский, иногда – Щербаков, Хлебников, Борхес.

---

Часть вторая.
С тех пор, как я в том или ином виде стал активно выводить собственные тексты на публику (ну, не очень широкую, но не менее оттого для меня ценную), меня периодически мучат сомнения. Я, признатся честно, не считаю себя графоманом и в слово это вкладываю скорее негативный смысл. Графомания для меня - это письмо ради письма, которое, таким образом, теряет свою ценность. На мой вкус, текст интересен и ценен тогда, когда он уводит читателя и/или автора в новые, более или менее неожиданные места.
Так вот, возвращаясь к себе, любимому. С недавних пор я периодически стал ощущать эту самую пустоту за своими текстами. Нет, даже не так. Пустые тексты у меня попадались всегда. Но сейчас, когда я иногда, не разглядев, их публикую, эта пустота особенно бросается мне в глаза. И раздражает, а убивать уже опубликованное глупо. К тому же я, как правило, опираюсь только на свои субъективные ощущения.
В связи с этим родился вопрос – для тех, кто следит – как вам мои тексты? Я имею в виду прежде всего стихотворные и прозаические куски, а не мои жизнеописания.

Любые отзывы, мнения, комментарии приветствуются.

Я – всего лишь цитата.
Я – кусочек мысли, обрывок чувства Бог-Знает-Кого. Обо мне где-то всё рассказано. В книге, в песне, в картине, в расположении звёзд на небе. В загляни ко мне в глаза – ты увидишь в них лишь собственное отражение. Любая моя мысль покажется тебе знакомой, разговор со мной оставит ощущения "deja vu", мой профиль тебе напомнит картины известных художников.
Я – всего лишь цитата. Меня нет. Есть только набор текстов обо мне.